26Авг2013

Рукотворный максимум

Наводнение на Дальнем Востоке некоторые СМИ освещают под заголовком «Исторический максимум», тем самым давая понять, что регион столкнулся с небывалой в истории природной стихией. И действительно, масштабы бедствия впечатляют — затоплению подверглись не только сельские населённые пункты, сельскохозяйственные угодья, островные дачи и низинные места, но и крупные города. Речь идёт о непосредственной угрозе Благовещенску, Комсомольску-на-Амуре и, наконец, федеральной столице — Хабаровску. Это уже не десятки, а сотни тысяч потенциальных пострадавших. И миллиарды убытков. Причём отнюдь не рублей…

ОДНАКО любые рекордные цифры являются результатом сложения нескольких факторов, и амурский «исторический максимум» не стал исключением. В нём можно выделить три крупных пласта: природный, народнохозяйственный и политический.

Природные причины бедствия налицо. Амур — крупнейшая дальневосточная река, отличающаяся довольно суровым нравом. Крупные ежегодные паводки здесь происходят не после весеннего вскрытия рек, а в августе. Причиной тому становятся муссонные дожди в верхнем и среднем течении. Экстремально высоких отметок уровень Амура достигает примерно раз в тридцать лет, и нынешнее наводнение тому пример. Его предшественником был паводок 1984 года, когда у Хабаровска был достигнут уровень в 620 сантиметров. Исторический же максимум в 642 сантиметра фиксировали в 1897 году. В этот четверг, 22 августа, Амур установил новый рекорд — 702 сантиметра и останавливаться на достигнутом не намерен. Гидрологи прогнозируют увеличение уровня воды до 780 сантиметров, но имеются и более пессимистичные прогнозы. В частности, некоторые специальные службы получили данные о возможном увеличении уровня воды до 9 метров. Современная картина явно выбивается из исторического контекста и на первый взгляд вызывает недоумение. Логично превышение уровня реки на десяток или несколько десятков сантиметров, но чтобы на метр и более… Но этому феномену есть своё объяснение.

Современное состояние науки и техники позволяет регулировать стихийные процессы, не только сводя их разрушительное воздействие к минимуму, но и получая при этом немалую материальную выгоду. Масштабная система государственного планирования, созданная в СССР, позволяла не только укрощать энергию рек, но и превращать её в электричество с помощью гидроэлектростанций. На Дальнем Востоке до 40% стока в Амур дают реки Зея и Бурея. В 1930-х годах появились проекты создания крупных ГЭС в их бассейнах, перешедшие в практическую плоскость к середине 1960-х годов. Цели преследовались двоякие: обеспечить народное хозяйство Дальнего Востока дешёвой и доступной энергетической мощью, в то же время сделав более безопасным хозяйственное освоение Приамурья. С помощью долгосрочного научного прогнозирования планировалось регулировать уровень Амура, своевременно накапливая и сбрасывая воду из ГЭС. Результатом этого стало строительство Зейской (1964—1985 гг.) и Бурейской (1976—2007 гг.) ГЭС.

Но если в советские годы гидроэнергетика была полностью государственной и её деятельность обеспечивали многочисленные НИИ и учреждения, то после 1991 года ситуация коренным образом изменилась. С 2004 года Зейская и Бурейская ГЭС принадлежат ОАО «РусГидро», и перед ними поставлена чисто капиталистическая цель извлечения прибыли. По официальным данным, вырабатываемое электричество продаётся населению по 3—4 рубля кВт/ч и импортируется в Китай по цене чуть более 1,5 рубля кВт/ч. Объяснение даётся простое: на Дальнем Востоке — переизбыток мощностей, т.к. суммарная мощность существующих станций в 2,5 раза больше потребностей региона. Продавать энергию в другие регионы невыгодно — слишком высоки издержки при передаче. Единственный вариант — продавать излишки в Китай, однако там отказываются платить по российским тарифам. В итоге из положения два выхода — либо закрывать станции, либо продавать энергию в КНР, но только на их условиях. Сложившаяся ситуация стала возможной в результате экономического погрома в 1990-е годы, лишившего Дальний Восток былой индустриальной мощи.

Этим летом коммерческие интересы и задачи противодействия амурским паводкам вошли в конфликт. Зейская и Бурейская ГЭС в летние месяцы не производили масштабных сбросов воды, экономя её для обеспечения работы в зимние месяцы. Поэтому в июле уровень Амура у Хабаровска варьировал в пределах 2—3 метров. Когда же подошёл мощный паводок, резервуары водохранилищ оказались заполненными, и ГЭС начали экстренно производить сброс воды, наращивая объёмы по мере развития наводнения. Вместо того, чтобы сбросить воду в июне и июле, а затем перехватить паводок в августе и минимизировать его последствия, руководство ГЭС своими действиями обрушило паводок на Приамурье практически в чистом виде. Закономерен вопрос: неужели у крупного холдинга «РусГидро» нет собственной системы прогнозирования? Как гласит официальная информация, она есть. Вот только наличие службы не гарантирует её эффективность, да и прогнозы имеют определённую степень риска. А любые риски чреваты коммерческими издержками и потерей прибыли. Поэтому в силу вступили механизмы перестраховки. Чем они обернулись для жителей Дальнего Востока, мы все прекрасно видим. Государство же, приступившее этим летом к уничтожению своей академии, выступило в роли стороннего наблюдателя, вынужденного организовывать ликвидацию последствий превышения «исторического максимума». И здесь в дело вступило политическое слагаемое формулы общего бедствия.

Вышло так, что катастрофический паводок совпал с активной фазой предвыборной борьбы. 8 сентября в Хабаровском крае состоятся самые масштабные за всю постсоветскую историю выборы, а всего будет проведено около 360 избирательных кампаний. В том числе выборы губернатора края и выборы мэра города Хабаровска. В числе основных претендентов на эти должности находятся выдвиженцы «Единой России» — врио губернатора В.И. Шпорт и действующий мэр Хабаровска А.Н. Соколов. Создаётся впечатление, что при исполнении своих служебных обязанностей кандидаты руководствуются указаниями политтехнологов. Руководство ликвидацией последствий от наводнения для первого лица края вполне естественно. Но не в том случае, когда губернатор в сопровождении съёмочной группы и свиты чиновников даёт командирам воинских подразделений указания о производстве в сержанты отличившихся на строительстве дамбы солдат. Не сходя с экранов местных телекомпаний, Вячеслав Шпорт зачастую в интервью использует фразы «я распорядился», «я организовал», «я провёл», «я проверил»… Возникает ощущение, что каждое интервью — небольшой агитационный ролик, призванный показать эффективность действий краевой власти, безальтернативность кандидата и его незаменимость на посту губернатора.

Подобное ощущение испытывают многие хабаровчане: из двух с лишним тысяч опрошенных ИА «Амурмедиа» жителей края более половины считают действия власти по борьбе со стихией показухой. Между тем провластные СМИ объясняют отказ Вячеслава Шпорта от участия в предвыборных дебатах его неустанной работой по ликвидации последствий наводнения, недвусмысленно намекая на праздность всех остальных кандидатов. Что не помешало ему встретиться со своими сторонниками и посетить концерт Анастасии Волочковой, подарив балерине пышный букет.

Но насколько эффективны мероприятия власти, если не считать пиар-кампаний? Старожилы имеют уникальную возможность сравнить реалии современности с практикой борьбы с наводнением 1984 года. Тогда обуздание стихии происходило, что называется, в рабочем порядке — специальные службы и части Советской Армии спокойно делали своё дело, а пострадавших без излишнего ажиотажа эвакуировали в пункты размещения.

Скошенное в июле сено размещалось в опасных районах на высоких местах, а в случае сильного паводка материальные ценности перевозились в специально отведённые районы. Существовавшая система контроля над дамбами, плотинами и насыпями позволяла поддерживать их в состоянии постоянной готовности, а планирование застройки Хабаровска не допускало строительства в опасных местах. Систематически проводились работы по углублению русла Амура. Иными словами, действовала государственная система.

Сейчас ситуация иная. На протяжении последних 20 лет система гидротехнических сооружений пришла в упадок, так как контролю в полном объёме были подвержены лишь некоторые её узловые элементы. Для сооружения на набережной Хабаровска защитных сооружений из узкой линии мешков с песком мобилизованы добровольцы и армейские части, но эта мера вызывает у многих сильные сомнения в её действенности. Жилищно-коммунальное хозяйство Хабаровска оказалось не готово к встрече стихии: 21 августа вода добралась до одной из крупнейших улиц города, Пионерской, и движение в половине Хабаровска из-за возросшей нагрузки на другие улицы было парализовано. Причём затоплена улица была через ливневую канализацию, где ливневые стоки почему-то оказались открыты.

В настоящее время имеется реальная опасность затопления прибрежных районов Хабаровска. Выяснилось, что за последние годы застройка проводилась в местах, не предназначенных для строительства ввиду большой опасности их затопления при высокой воде. При дальнейшем повышении уровня Амура угроза создаётся канализационным насосным станциям, отказ которых чреват для всего 600-тысячного города ка-тастрофическими последствиями.

Бутилированная вода в Хабаровск доставляется самолётами МЧС из Забайкалья, хотя есть возможности её доставки с территории края и из Приморья в нормальном режиме. В целом создаётся картина того, что городские и краевые власти не имели и не имеют на данный момент не только отлаженной системы борьбы с паводком, но и даже ясной стратегии этой борьбы. Вместо этого происходят лихорадочные, бессистемные и локальные попытки справиться с крупным бедствием. И это при том, что подъём уровня воды происходит постепенно, на 10—30 сантиметров ежедневно, а не как в Крымске.

Даже полпред президента в ДФО Виктор Ишаев назвал сложившуюся ситуацию маразматической, не говоря уж о более непарламентских выражениях пострадавших жителей Хабаровска и Хабаровского края. И если всего лишь несколько дней назад городская набережная была полна людей, которые пришли отдохнуть и почувствовать себя свидетелями исторического события, то сейчас ситуация сложнее. Даже выгодно представленные в СМИ действия властей не внушают уверенности, а прогнозы гидрологов и метеорологов заставляют хабаровчан запасаться питьевой водой и всеми необходимыми продуктами.

Таким образом, формула «исторического максимума» проста и трагична. В стране, власть которой живёт одним днём и не имеет государственного подхода к развитию стратегических отраслей, а коммерческие интересы поставлены выше безопасности граждан, любая природная стихия грозит перерасти в катастрофу. Мы видели это на примере Крымска и Саяно-Шушенской ГЭС. Теперь же видим на примере Дальнего Востока. Что будет завтра?

Станислав Сливко, корр.»Правды» по Хабаровскому краю.

Опубликовано: газета «Правда», №91 (30009) 23—26 августа 2013 года; газета «Народный авангард Хабаровского края», №9(62) 24 августа 2013 г.

 

KPRF27.RU
Опубликовал
KPRF27.RU

KPRF27.RU оставил 2985 записи на сайте Хабаровское краевое отделение КПРФ.

Информационное агентство коммунистов Российской Федерации КПРФ.Ру

Найти все сообщения оставленные KPRF27.RU

Поделиться ссылкой.

Обсуждение

Нет комментариев "Рукотворный максимум"

Комментариев пока нет, оставьте ваш комментарий.

Добавить комментарий