13Июн2013

Можно ли построить хорошую школу в отдельно взятой республике?

Депутат Госсовета Татарстана А.В. Прокофьев о том, как надо изменить закон «Об образовании»

18 страниц поправок в проект закона «Об образовании Республики Татарстан» было внесены депутатом фракции КПРФ в Госсовете Татарстана Артемом Прокофьевым. О борьбе КПРФ за изменение закона об образовании в Татарстане рассказывает материал газеты «БИЗНЕС Online».

 

Депутат Госсовета РТ Артем Прокофьев для «БИЗНЕС Online»

2013-06-12 13:57

Прокофьев Артем Вячеславович

 

На сессии Госсовета РТ в первом чтении был принят республиканский закон об образовании. По мнению члена Артема Прокофьева, документ нуждается в доработке. Своими соображениями о том, как сделать республиканский закон об образовании более демократичным и совершенным, парламентарий делится в материале, написанном специально для «БИЗНЕС Online».

Максимально выправить ситуацию на региональном уровне

 

Региональный законопроект основывается на федеральном законе, который в свое время вызвал множество споров, вокруг него развернулась настоящая борьба. Позиция фракции КПРФ и в ту пору была абсолютно ясной: мы были против этого федерального закона и разработали альтернативный, который получил широкую поддержку как школьных учителей, так и педагогов высшей школы. Многие проблемы, с которыми сегодня сталкивается российское образование, были бы успешно решены, если бы Госдума приняла вариант КПРФ.

Вот только несколько положений нашего проекта, которые могли бы упростить нам решение проблем образования здесь, в Татарстане.

Во-первых, положение о том, что 7% от ВВП должны быть потрачены на образование. Это мировая норма, которая позволяет реально развивать образование.

Во-вторых, освобождение от налогов образовательных учреждений, а именно те средства, которые они реинвестируют в образование, в том числе и на зарплату педагогам.

В-третьих, установить размер компенсации на оплату детских дошкольных учреждений на уровне 40% на первого ребенка, 70% на второго, 100% на третьего и последующих. Сейчас же предполагается компенсация значительно ниже, так, на первого ребенка она составляет всего лишь 20%. О каком подъеме рождаемости можно говорить в этом случае?

В-четвертых, о наполняемости классов: в классе должно быть не более 20 учеников, это позволило бы не только сохранить учительский корпус, который сейчас сокращают, но и уделять достаточное внимание каждому ребенку.

В-пятых, академические стипендии должны составлять 80% от прожиточного минимума, что позволило бы студентам сосредоточиться на занятиях, а не бегать по городу в поисках заработков.

К сожалению, эти положения не нашли отражения в федеральном законе, и теперь мы на региональном уровне должны попытаться максимально выправить ситуацию с учетом наших полномочий. Почему не начать строительство современной школы в нашей республике?

Первая задача – это, насколько позволяют наши полномочия и ресурсы, реализовать те лучшие предложения, которые звучали при обсуждении федерального закона и перед которыми была закрыта дверь. Образование – это та сфера, на которую мы не можем жалеть ни сил, ни средств. Не может служить оправданием и постоянная ссылка на федеральный центр – «они не додумали, они не доделали».

Подушевое финансирование «душит» сельские школы

Одна из проблем, которая требует решения, – это финансирование школ по подушевому принципу. Этот принцип используется во всем мире, но нигде – как единственный. Логичнее всего было бы финансирование вести на две трети по душевому принципу, а на одну треть независимо от него. В проекте закона отчасти вопрос рассмотрен через понятие «малокомплектные школы», которые финансируются особым образом. Вместе с тем мы знаем, что введение понятия «малокомплектная школа» не спасло от ликвидации множество образовательных организаций в сельской местности. А значит, вопрос требует дополнительного регулирования.

К этому примыкает проблема, которая прямым образом связана с исчезновением школ, – это сам порядок их ликвидации. Кстати, изначально по проекту нового федерального закона это могла сделать комиссия, что открывало широкий простор для ликвидации школ. Сегодня закрыть школу нельзя без разрешения граждан, это прописано и в проекте нашего республиканского закона. Но каким образом будет происходить учет этого мнения и есть самый принципиальный вопрос. Мы знаем, что под красивыми словами «оптимизация» и «реорганизация» в Татарстане с 2009 по 2012 годы были ликвидированы 243 школы, 378 изменили характер деятельности, а 102 приостановили работу. Именно поэтому положения нового закона должны положить конец этой порочной практике.

Как удержать лучшие педагогические кадры и привлечь молодежь

В законопроект следует добавить дополнительные социальные гарантии для учителей. Законопроект предусмотрел конкретные гарантии только педагогическим работникам, проживающим и работающим в сельских населенных пунктах, рабочих поселках (поселках городского типа). Как быть с остальными педагогами? Законопроект всего лишь наделяет органы государственной власти Республики Татарстан правом устанавливать дополнительные меры государственной поддержки. Этого явно недостаточно.

Законопроект должен конкретизировать меры социальной поддержки. Возможно, стоит использовать опыт передовых регионов, где педагогические работники государственных образовательных учреждений, которые признаны нуждающимися в улучшении жилищных условий, в соответствии с федеральным законодательством и правовыми актами региона пользуются правом на первоочередное обеспечение жилыми помещениями в пределах нормы предоставления или им предоставляется безвозмездная субсидия на строительство или приобретение жилища.

Кроме того, стоит прямо в законе установить специальную систему стимулирующих выплат к ставкам заработной платы и должностным окладам, в том числе за работу, не входящую в круг основных обязанностей.

Дополнительные меры социальной поддержки студентов

Сегодня Татарстан является одним из крупнейших центров образования в России и местом расположения Казанского (Приволжского) федерального университета. И вопрос о введении дополнительных мер социальной поддержки в части проезда на общественном транспорте для учащихся давно стоит в повестке дня. Соответствующий законопроект я уже вносил в Госсовет республики, но документ этот не нашел должной поддержки и был отправлен на «доработку».

Новый закон об образовании не должен обходить стороной обеспечение дополнительных мер социальной поддержки молодежи в сфере транспортного обслуживания. Необходимость этого обусловлена повышением стоимости проезда и изменением системы оплаты для многочисленного студенчества Татарстана. Учитывая, что стипендии студентов очень малы, а некоторые учащиеся ее и вовсе не получают, повышение цен на проезд в общественном транспорте очень тяжело сказывается на их материальном положении. Минимальный месячный расход средств на услуги пассажирского транспорта совпадает или даже превышает размер стипендии в большинстве учебных заведений республики.

Подобные меры поддержки реализованы в ведущих образовательных центрах: в Москве и Санкт-Петербурге. Так, в Москве студент может купить месячный проездной на все виды наземного транспорта за 235 рублей, и за 365 рублей на метро. В Санкт-Петербурге проездной на все виды транспорта, включая метро, стоит студенту 680 рублей. В Казани, для примера, такое удовольствие обойдется студенту в 3 тыс. рублей! Кроме того, в Казани проблема осложняется еще и тем, что некоторые вузы имеют учебные корпуса в разных частях города, а также общежития, расположенные вдали от учебных корпусов. Понятно, как велики транспортные расходы студентов этих вузов.

А если очередь в детский сад не подошла?

Проблема нехватки мест в детских садах – боль всей России. Хотя в Татарстане сделано многое для решения этой проблемы, очереди остаются. Поэтому закон должен предусмотреть поддержку для тех людей, которые не могут определить своих детей в детские сады из-за отсутствия мест. В некоторых регионах такая практика уже есть. Родители, имеющие детей в возрасте от полутора до пяти лет, которые из-за нехватки мест не посещают дошкольные образовательные учреждения, должны получать пособие – не менее 5 тыс. рублей. Кроме прочего, это будет стимулировать органы государственной и муниципальной власти быстрее реагировать на проблему очередей в детские сады.

Кроме того, мы должны освободить семьи со среднедушевым уровнем дохода ниже прожиточного минимума и находящиеся в социально опасном положении, и детей группы риска от платы за содержание в дошкольных образовательных учреждениях, а также предоставить таким детям право внеочередного приема в детсады.

Дело не в часах, а в качестве преподавания

Республиканский закон имеет свои специфические особенности, в частности, учитывает, принятое в Конституции РТ двуязычие. О том, в каких пропорциях должны распределяться часы на изучение русского и татарского языков, давно идут горячие споры. Учебные планы, в которых прописано равное количество часов на изучение двух основных языков республики, имеют немало противников. Проблема на самом деле непростая, у всех участников дискуссии достаточно убедительные аргументы. Плохо только, что в пылу прений они друг друга не слышат. Мне кажется, что суть проблемы не в количестве часов, а в том, что люди обучаются татарскому языку в равном объеме с русским, но в итоге не могут на нем говорить. Соответственно, время на изучение татарского им кажется потраченным впустую. Понятно, что и родители, и учащиеся недовольны этим, к тому же из-за этого «равенства», как они полагают, знание русского языка тоже хромает.

То есть дело в качестве преподавания татарского языка и существующих методик. Вывод из этого такой: нужны новые методики. Мы знаем, что разработаны современные методики изучения иностранных языков, которые позволяют овладевать языками в короткие сроки. Почему же не привлечь к разработке методик преподавания татарского языка таких специалистов? И, конечно, мало создать методики, важно подготовить учителей, которые смогут по ним работать. А то, что же получается? Сколько уже времени в школах обязательное преподавание татарского, а не то что русские, даже многие городские татары как не знали его, так и не знают. Выходит, средства вкладывались неэффективно.

Школьная форма возвращается. Родители довольны, дети дуются

Cпоры вызывает и введение школьной формы. Это требование федерального закона, и с этим не поспоришь, тем более что форма отчасти позволяет нивелировать имущественное неравенство. Конечно, лишь отчасти, ведь у современной ребятни столько разных прибамбасов, которые обойти не удастся. К примеру, если у одной половины класса айфоны и айпады, другая половина стесняется дешевеньких мобильников. Кого-то привозят в школу на иномарке, кого-то на «Жигулях», кто-то вовсе идет пешком… Одни отдыхают на Лазурном берегу, другие – у бабушки в деревне. Так что одной формой проблему социального расслоения не снять. А вот защитить школу от религиозного вторжения форма, пожалуй, сможет. Надо только твердо придерживаться закона. Мы должны сохранить школы как светское учреждение в полной мере, иначе можем со временем получить междоусобицы там, где не ждали.

При введении школьной формы необходимо учитывать некоторые нюансы. Необязательно прописывать их в законе, достаточно постановления кабмина РТ. Форма должна быть недорогой – это раз. Семьи со скромными доходами, в которых несколько школьников, должны получать компенсацию на ее приобретение. В тех школах, где уже есть своя форма, оставить ее. И наконец, нельзя допустить коррупцию, вариант, при котором какая-то структура всем навязывает одну форму и заставляет ее покупать втридорога.

Образование без ограничений

Новый закон должен учитывать интересы детей с ограниченными возможностями. Важно, чтобы они обучались в школах вместе с обычными детьми. Надо убрать барьеры, не делить наше общество, воспитывать терпимость и сочувствие у одних и умение преодолевать трудности, адаптироваться в среде ровесников у других.

В законе должна быть прямо прописана цель – развивать так называемое инклюзивное образование: совместное обучение (воспитание), включая организацию совместных учебных занятий, досуга, различных видов дополнительного образования, лиц с ограниченными возможностями здоровья и лиц, не имеющих таких ограничений.

Одна из задач, которая вытекает из этого, – обеспечение детей-инвалидов в соответствии с медико-социальными показаниями транспортными услугами на период учебы, чтобы они могли посещать школы.

Нам не нужен конкурс родителей

Многих родителей возмущают конкурсы при приеме в общеобразовательные учреждения. В законе, с одной стороны, прописан запрет конкурсов. Но в тех школах, где ведется углубленное преподавание ряда предметов, конкурсы разрешены. Это неправильно. Конкурсы должны остаться только в школах со спортивным и творческим уклоном. В иных образовательных учреждениях они приводят к тому, что ребенок не может попасть в школу, расположенную в его дворе. Да и о каких способностях можно говорить, когда малыш идет в первый класс? Способности и склонности проявляются позже, а в 7 лет можно судить только о том, занимается ли ребенком семья. Почему, спрашивается, ребенок должен уметь читать и писать, поступая в школу? Он затем и идет в первый класс, чтобы его этому научили.

И еще: в законе прописано, что можно отказать в приеме, если в школе нет мест. Такой лазейки быть не должно. Для ребенка из микрорайона места нужно находить всегда. А то есть у нас директора, у которых никогда нет мест. На самом деле, они придерживают их для тех, кто выдерживает «конкурс родителей».

KPRF27.RU
Опубликовал
KPRF27.RU

KPRF27.RU оставил 2966 записи на сайте Хабаровское краевое отделение КПРФ.

Информационное агентство коммунистов Российской Федерации КПРФ.Ру

Найти все сообщения оставленные KPRF27.RU

Поделиться ссылкой.

Обсуждение

Нет комментариев "Можно ли построить хорошую школу в отдельно взятой республике?"

Комментариев пока нет, оставьте ваш комментарий.

Добавить комментарий